Category: религия

красота  спасет мир!

Псалмокатара

Псалмокатара (греч. буквально «проклятие псалмами») — богослужебный чин проклятия, бытовавший в практике греческой Православной церкви, по крайней мере, в XIII—XVII столетиях

***
Уже не солнце, но кровавый лик
кривляется в дыхании пожаров.
Давно пора проклясть чумных владык
забытой за века псалмокатарой.

И пусть ее тяжелые слова
замкнут уста крикливым лжепророкам,
и душного безвременья глава
допишется.
И будет время Бога.

Проклятия слетают с темных губ
как ангелы на грозных колесницах,
любовь - давно окоченевший труп,
и нет желанья за врагов молиться...

Но все-таки летит безмолвный крик
молитвы - за врагов и за владык.

***
Призраки из черных сновидений
выползают в сумеречный час,
и встают пред ними на колени,
все, кто ждал, чтоб этот день угас,
чтобы воцарилась ночь без края,
муторная, дьявольская ночь!
Чтобы звезды проданного рая
в ледяную крошку истолочь,
чтобы в пьяном танце закружиться,
отдаваясь мутным миражам,
в мертвом небе целовать зарницы
и вселенский разжигать пожар,
и сгореть в огне...
Да спичек нету,
лишь проклятья сыплются в ночи.
И молчит усталая планета.
Небеса молчат.
И Бог молчит.

***
Эту древнюю церковь напрасно разыскивать в "Гугле"
и по улицам, да площадям бесполезно бродить,
От свободы остались одни головешки, да угли,
а к заветному прошлому порвана тонкая нить,
и не знаешь: то демонов дом иль обитель святая?

Семь согбенных фигур в одеяниях черных как ночь,
по старинным страницам псалмы и молитвы читая,
призывают проклятие - веры беспутную дочь.
Разверзается бездна во тьме потаенного храма,
плач и скрежет зубовный несутся из адских глубин,
но усталые старцы молитвы негромко читают,
и от ярости корчится спадший с небес властелин.
Содрогается ночь над угрюмой и дряхлой страною,
растворяется морок мечтаний в полночных ветрах,
колесницы с мигалками мечутся, горестно воя
и за ними уныло змеится удушливый страх.

Розовеет рассвет.
Те же старцы (а может, другие?)
в одеяниях белых неспешно заходят в алтарь.
Миг безмолвия.
Свет. Тихий возглас.
И вот, литургия.
Воздух вечери полон свободы и веры
как встарь.
красота  спасет мир!

волчцы и тернии умной молитвы

Приходящий в Церковь человек часто испытывает интерес к непрестанной молитве. Многие пытаются идти по этому пути, и большинство этот путь вскоре оставляет. Впрочем, не все.
Наставлений по умной молитве написаны горы, не мне писать еще одно. Но кое-что хочется отметить.
Collapse )
красота  спасет мир!

Ум в аду. После сумерек.

Слова преподобного Силуана Афонского: "Держи ум свой во аде и не отчаивайся" известны каждому православному. И многие почему-то воспринимают их в том смысле, что надо "погружать свой ум во ад": воображать адские муки, заниматься самоуничижением, разве что не биться лбом о стену.
Но цена этому  фальшивенькому "аду" невысока. Слова преп.Силуана о другом. И адресованы они тем, кто знает, что такое ад внутри сознания. В этот ад не надо погружать ни ум, ни что-либо еще. Этот ад всегда приходит сам. И может оставаться на дни, на месяцы. На годы. Много раз уходить и снова настигать человека, приводя его на грань сумасшествия.
Этот ад - реальность сознания. И "держать ум во аде" - не есть акт собственной воли, не есть аскетическое упражнение. Это похоже на долгую боль, от которой негде укрыться и которую не в состоянии унять никакие лекарства.
И тот, кому известны подобные состояния, знает, что средства, предлагаемые церковной традицией, зачастую бывают бессильны помочь, поскольку не затрагивают глубины существа человека, где господствует ад. Это как новобранцев учат маршировать на плацу, а потом они оказываются в гуще боя и видят, что все чему их учили - бессильно против вражеского огня. Разумеется, со временем новобранец учится настоящему делу (а куда ему деваться). И он усваивает, что устав - уставом, а окопная правда - другая.
И когда он однажды, перемазанный грязью, завшивленный, пахнущий собственной мочой, встречается со штабным и тот его грозно спрашивает: "А где твои пуговицы? А сапоги почему не начищены?", то понятно в ответ штабному летит: "А ты, гнида, в окопах вшей кормил?" И эта ситуация вполне типична.
Начищенные сапоги, "пуговицы в ряд", ордена-медали перестают быть существенным критерием, хотя никто не отрицает их нужности. Конфессия, юрисдикция, соблюдение правил, частота исповеди, причащения, благочестивость -  не по этим шаблонным признакам "окопные" узнают друг друга. Хотя и не отрицают всего этого. И это не обязательно герои, это просто те, кого высшая сила (а может, темная сила?) забрасывает в окопы, где они и кричат от ужаса, и уделываются, и бегут, и по многу раз легко побеждаются...
Главная правда такого бытия заключается в том, что рецепта избавления от ада нет.  Молитва - совсем не избавление, она легко перекрывается темными атаками, когда и трясет, и корежит, и сознание распадается на части, в человеке может возникнуть не одна, но несколько субличностей... Человек оказывается в такой постсумеречной зоне, где он может лишь бессильно наблюдать, как пожирается тьмою его собственное сознание, как появляются уродливые калеки-субличности...   
Однако чему действительно стоит учиться и что зависит от человека  - так это умению не отчаиваться. Потому что отчаяние охватывает много раз и подолгу. И научиться не отчаиваться, находясь по уши в разъедающей желчи отчаяния - это вне готовых форм. Это то, что можно получить только после долгих срывов в отчаяние.
Избавление же из ада - выше сил человеческих и приходит только по воле Божьей. Когда в этот ад сходит Господь, распятый за твои грехи, чтобы на третий день воскреснуть... И Его приход бывает непостижимо странен...